analitika: (Default)
 

 

 

4 вересня 1984 року поета Юрія Литвина знайшли з розтятим животом у житловій камері бараку колонії особливо-суворого режиму ВС-389/36 у селі Кучино на Уралі. Бездиханне тіло поета Стуса – у карцері, у цей самий день, роком пізніше. "Серце не витримало, з кожним може бути…" - передають слова табірного гебіста.

Ми маємо право не вірити: у невипадковість страдницького життя та випадковість смерті.

Місцем вічного спокою Юрка та Василя призначили маленький цвинтар при дорозі у селі Копально-Борісово.

"Особливо небезпечні державні рецидивісти" за "найгуманнішими в світі" радянськими законами не мали права навіть на скромний обеліск, не кажучи вже про людський хрест.

Тільки дерев'яні стовпчики із номерами. У Литвина – сьомий, у Стуса – дев'ятий...

Місце першого упокою українських політв'язнів. Могила Литвина зліва, Стуса - справа

Але вже через кілька років друзі та рідні перевезли їхні тлінні рештки додому. Вони знову поховані поруч – на Байковому цвинтарі у Києві. Нехай ця стаття буде, як кажуть у діаспорі, нев'янучим вінком на їхню могилу [ця публікація вперше вийшла в "Українській правді" восени 2003 року].

Стуса та Литвина багато що об'єднувало: хист, оголена поетична та громадянська реакція на несправедливість оточуючого світу, врешті-решт, членство в Українській Гельсінській групі. Не кажучи вже про арешти, суди, тюрми й заслання. І зрештою, смерть. У цьому теж є знак з небес, бо це сталося в один день.

 

Але Юрка та Василя об'єднує не тільки спільність трагічної долі. В їхньому житті певну роль зіграв молодий тоді адвокат Віктор Медведчук.

Першим уголос заявив про те, що мораль і Медведчук – речі несумісні – здається, Євген Сверстюк. Філософ і дисидент мав на увазі ненормальність ситуації, коли державну місію покладено на людину, яка нав'язує суспільству вовчі закони, має подвійне дно, є циніком і фарисеєм.

На жаль, у масовій свідомості слова глибокого й вимогливого Сверстюка трансформувалися в обивательську формулу "Медведчук засудив Стуса". Ці слова стали неспростовним звинуваченням і їх вряди-годи кидають у маси з високих трибун. Запитайте будь-якого прибічника "Нашої України" чи БЮТ і вас поінформують, що саме колишній глава кучмівської канцелярії вбив українського генія Стуса.

 

У кожного є своя відповідальність перед Богом і сумлінням за зроблене на цьому світі. У Віктора Медведчука – так само. Керівник Союзу адвокатів України, заслужений юрист України навряд чи потребує мого захисту, але...

Днями письменниця Оксана Забужко написала цю замітку в Фейсбуці. Вона теж називає Медведчука "убивцею"

Питання питань. Чи адвокат Медведчук винен у трагедії Василя Стуса?

Поет підписав собі вирок ще 4 вересня 1965 року, коли на прем'єрі "Тіней забутих предків" закликав підвестись усіх, хто виступає проти арештів інтелігенції, і попередив про відновлення сталінізму. Йому цього не пробачили – спершу втратив місце в аспірантурі та взагалі в українській літературі.

Арешт у січні 1972 року – це кінець першого акту життєвої трагедії. Мордовія, заслання на Колиму, вимушене сусідство з матоязичним кримінальним російським світом, принизливі обшуки, перлюстрація листів до коханої дружини і малого Дмитрика, спроби фізично "провчити" – це все "этапы большого пути", це все сторінки ще не виписаної як слід трагедії Василя Стуса.

 

До чого ж тут Медведчук? У 1965-му, коли Стус і В'ячеслав Чорновіл "зривали" прем'єру (до речі, Сергій Параджанов згодом розцілував їх за чесний і сміливий вчинок), Вітє, що виховувався у родині політзасланця (за однією версією – батько був членом ОУН, інші кажуть – шуцман), було усього 9 років. У 72-му він ще вчився у школі і ще не вступив на юридичний факультет Київського університету. Отже, міг хіба чути про арешти якихось "антирадянщиків".

Перша книга Василя Стуса, видана на Заході. Із самвидаву - у тамвидав

Віршів і літературно-критичних розвідок Василя Стуса майбутній адвокат Медведчук тоді не читав і не міг читати – їх після 1966 року у Радянському Союзі не публікували. Єдину на той момент збірку "Зимові дерева", без згоди автора, надрукували 1970 року за кордоном.

На палітурці було вказано, що це зробило брюссельське видавництво "Література і мистецтво", а насправді книга побачила світ у Лондоні.

Вперше долі Медведчука та Стуса перетнулися ймовірно влітку 1980 року, коли Віктор Володимирович працював пересічним київським адвокатом, а Василь Семенович перебував у камері слідчого ізолятора КҐБ на вулиці Володимирській.

Фотографія Стуса зі справи 1980 р., за кілька днів долі поета та адвоката Медведчука перетнуться. Архів СБУ

14 травня 1980 року Стус був заарештований співробітниками слідчого відділу Управління КГБ по м. Києву та Київській області за звинуваченням у проведенні "антирадянської агітації та пропаганди".

Під час обшуку вдома вилучили вірші, записні книжки, листи, матеріали справи 1972 року, документи про становище політв'язнів, виклик на виїзд до Сполучених Штатів. У протоколі обшуку зазначено, що Стус його не підписав, мовляв, "з представниками кривавої організації жодних розмов вести не хоче".

Прощаючись з дружиною Валентиною, Стус сказав, що не братиме участі в попередньому слідстві й суді, відмовляється від адвоката (! – В.К.), не звертатиметься до вищих касаційних інстанцій, погодиться свідчити лише за умови відкритого судового процесу та участі міжнародних правозахисних інституцій, включно зі Світовим конгресом вільних українців.

З дружиною Валентиною та сином Дмитром

Стусові інкримінували написання листів до Андрія Сахарова, Петра Григоренка, Левка Лук'яненка, Анни-­Галі Горбач з Німеччини, члену "Міжнародної Амністії" Кристині Бремер (в матеріалах слідства вона фігурує як "націоналістка з ФРН" – хоча, насправді, була членом Соціалістичної партії Німеччини), заяву в обороні Миколи Горбаля та ще багато чого. Обшуки, вилучення документів і листів пройшли у Ірини Стасів­-Калинець, Євгена Пронюка, Валерія Марченка, Євгена Сверстюка, Раїси Руденко, Світлани Кириченко.

Слідство йшло все літо. Ось тоді й познайомилися Медведчук і Стус. Чи міг політв'язень вибрати собі іншого адвоката?

Згадує Василь Овсієнко, член Української Гельсінської групи, політв'язень 1973-1977, 1979-1988 рр.:

- У ті роки існував список адвокатів, з поміж яких тільки і можна було вибирати собі захисника, якщо ти проходив по політичній справі. Це, звісно, були перевірені люди, які мали від КГБ так званий "допуск" до справ такого роду.

Але в цих списках були й винятки. Наприклад, Сергій Макарович Мартиш, який, слава Богу, ще живий. Він мав такий "допуск". Оксана Яківна Мешко попросила його написати касаційну справу в справі захисту її сина Олеся Сергієнка, також заарештованого за політичною статтею. Мартиш написав її блискуче, так що його відразу викинули з того переліку обраних... Після цього він міг захищати лише кримінальних злочинців.

Коли в 1979 році мене звинуватили, що я нібито напав на співробітника міліції і повідривав у нього ґудзики, Мешко порадила мені скористатися послугами Мартиша. І він добре мене захищав. Він запропонував судді закрити кримінальну справу, мене звільнити за відсутністю складу злочину, натомість покарати міліціонерів, які фальсифікували справу. Прокурор аж зайшовся від люті! Та просив суддю надіслати в адвокатську колегію Дарницького району Києва заяву "о неполном служебном соответствии" Мартиша.

У 2010 році сумлінний захисник дисидентів Мартиш ще стояв на обліку в реєстрі столичних адвокатів

Ніхто наразі не знає, чи була можливість обрати "менше зло" у Стуса. Проте, є доконаним фактом, що наданого підтримуваного держбезпекою адвоката звали Віктор Медведчук. На той момент він уже мав досвід захисту принаймні одного політичного в'язня.

 

У грудні 1979 року Медведчук захищав у суді у Василькові іншого члена УГГ. Це вже була четверта "посадка" поета Юрія Литвина – раніше він карався за "політику" у 1951-1955, 1955-1965 та у 1974-1977 рр.

Литвина традиційно для кінця 70-х звинуватили не у злочині проти радянської держави, а у тому, що він, нібито, "будучи у нетверезому стані та порушуючи громадський порядок вчинив спротив працівникам міліції з використанням насильства".

Знову дисидент бідного мєнта побив!

Литвин тоді отримав 3 роки позбавлення волі у колонії суворого режиму. З останнього слова, виголошеного 17 грудня 1979 року:

"...Зфабрикована проти мене справа є не що інше, як підла провокація, авторами якої є КДБ України, виконавцями ж – Васильківський райвідділ міліції, суд і прокуратура м. Василькова.

Провокація, вчинена проти мене, - це свідомий злочин, здійснений органами т.зв. радянської влади не лише проти мене як особи, як літератора, як члена Української Громадської Групи "Гельсінкі", але й проти всіх тих, кому дорогі й близькі ідеали демократії, свободи й гуманізму.

Експерт з аморальності повертається в політику

Прокурор будував свої звинувачення не на ґрунті об'єктивних фактів (яких не було), а на хисткому тлі фальсифікацій і прямих лжесвідчень "потерпілих", які безсоромно брехали на суді під опікою "Влади" і "Закону"...

Пасивність мого адвоката Медведчука в захисті обумовлена не його професійним профанством, а тими вказівками, які він одержав згори, і підлеглістю: він не сміє розкривати механізму вчиненої проти мене провокації.

Адвокатська участь у таких справах зведена нанівець – це ще одне свідчення відсутності в СРСР інституту адвокатури при розгляді політичних справ, де садять людей "інакодумаючих"...

Як суд, так і прокуратура, так і державна безпека, так і міліція є вузлами на батозі, яким періщать, і будуть періщити Литвина за його вільнодумство, за його літературну творчість та правозахисну діяльність".

І знову риторичне запитання – чи міг адвокат (будь який!?) врятувати підзахисних Стуса та Литвина?

Ні, бо їхня доля вирішувалася не в залі суду. Не у Василькові, і навіть не у Києві.

Збереглися архівні документи, що свідчать: репресії у відношенні членів Московської, Української, Литовської, Грузинської та Вірменської Гельсінських груп розпочалися після відповідної санкції ЦК КПРС.

Один із документів з КГБ - наказ радянським дипломатам активніше протидіяти захисту дисидентів

Голова КГБ СРСР Юрій Андропов доповів, партія ухвалила рішення, відтак його довели до республіканських комітетів держбезпеки і ті вже спустили на дисидентів "ланцюгових псів" із 5-го ідеологічного управління...

Всі інші коліщатка радянської тоталітарної системи лише забезпечували реалізацію московсько-цеківських рішень. Мєнти й гебісти фальсифікували справи. Чорноволові та Горбалеві не пощастило найбільше – їм приписали "спроби зґвалтування", Ярославу Лесіву – наркотики, Олесю Берднику – підкинули валюту та порнографію тощо. Народні суди штампували терміни – по максимуму.

Адвокати відверто "відбували номер", не забуваючи, правда, здирати гонорари з убитих горем родин...

 

Ми всі вийшли не із гоголівської, а із брежнєвської шинелі. Хто каже, що без гріха, нехай не бреше...

Преса регулярно друкувала статті про "перерожденцев", "литературных власовцев", "агентів ЦРУ", "фашистів у сутанах", "українських буржуазних націоналістів".

Спілка письменників була відверто погромною інституцією. Інженери людських душ, підкуплені режимом, майже одностайно засуджували "неправильну поведінку" Івана Світличного, Валерія Марченка, Євгена Концевича.

 

Вони талановито славили Леніна, видавалися у престижних московських видавництвах, їздили за кордон, де ганебно брехали в очі "прогресивним" українцям і уникали зустрічей і дискусій з "націоналістами".

Чому націонал-патріоти і нинішні опозиціонери не можуть пробачити конформізму, пристосуванства та відвертого колаборанства лише Медведчукові?

Слова Павличка про ОУН стали назвою книги про злочини "буржуазних націоналістів"

Ви хочете сказати, що галичанин і колишній член юнацтва ОУН Дмитро Павличко не знав, що бреше, коли писав маячню про бандерівців...

Чому ніхто з орденоносних інтелігентів – письменників, музикантів, вчених – не знайшов у собі мужності попросити політичного притулку у Канаді чи США, та розповісти світові про фальш комуністичної системи, про русифікацію, про Голодомор? Чому так не вчинили мудрі нині Костянтин Ситник, Борис Олійник, Володимир Яворівський, Павло Мовчан?

 

Хто мусив знати істинну ціну поетичному генію Стуса "син поліцая" чи керівники Спілки письменників?

Чому у вже перебудовному 85-му ще живого, але ув'язненого Стуса не було висунуто на Нобелівську премію колегами-письменниками, скажімо, Іваном Драчем?

На жаль, українське суспільство ще не дозріло, щоб про таке запитувати у людей, які пнуться вважати себе елітою.

Та, все ж, яку роль зіграв Медведчук у житті Василя Стуса.

Єдиним об'єктивним джерелом про їхнє співіснування є 58-ме число московського самвидавного журналу "Хроника текущих событий". Саме там ми й можемо прочитати звіт про судовий процес 29 вересня-2 жовтня 1980 року, що проходив у залі Київського міськсуду.

Головував суддя Фещенко, обвинувачення підтримував прокурор Аржанов, захищав Віктор Медведчук.

До речі, Стус чудово розумів, що справа не у конкретному виконавцеві, тому неодноразово відмовлявся від послуг адвоката. Взагалі!

За даними джерела "Хроники...", Медведчук на суді визнав, що всі "злочини", нібито вчинені його підзахисним, "заслуговують на покарання". Але просив врахувати, що Стус, працюючи на виробництві, "виконував норму", а до того ж має низку хронічних захворювань. Такі аргументи, треба розуміти, мали пом'якшити жорстокість спущеного з Москви вироку.

Фрагмент "Хроники текущих событий", яка містить виклад суду над Стусом

Насправді боронили Василя дві сміливі жінки – Михайлина Коцюбинська та Світлана Кириченко (дружина іншого політв'язня Юрія Бадзя).

 

Михайлина Хомівна, виступаючи в суді, назвала Стуса "людиною з оголеною совістю, нездатним пройти повз найменшу несправедливість", заявила, що "є щасливою від того, що доля звела її з підсудним". Світлана Кириченко не відповідала на запитання катів, бо "не вважає процес законним", а відтак заявила, що "свідчитиме на тому суді, де Стус буде звинувачувати, а не сидіти на лаві підсудних", і на знак протесту залишила залу.

Ось як цю діяльну, а не формальну підтримку Василеві подає "Хроника...":

СТУС. Известно ли свидетелю, что в Декларации прав человека записано право на свои взгляды?

КОЦЮБИНСКАЯ. Да.

СТУС. Известно ли свидетелю о тайне личной переписки?

КОЦЮБИНСКАЯ. Да.

СТУС. Известно ли свидетелю, что во время предварительного следствия ко мне 8 августа применяли пытки ("фiзичнi тортури" – ХТС)? Вот их автор (Стус показал на стоящего у двери зам. начальника следственного изолятора КГБ – ХТС).

КОЦЮБИНСКАЯ. Не известно. Но если так говорит Стус, то это правда.

"Серед українців було мало капітулянтів" - як і для чого КГБ стежив за дисидентами

За словами очевидців, у Стуса "вкрали" останнє слово. Спецпубліка, яка грала роль "масовки", покірно потягнулася до виходу. Василь гучно, як він це вмів, заволав: "Палачи! И вы не смоете всей вашей черной кровью поэта праведную кровь!"

Вирок прозвучав наче постріл: десять років позбавлення волі у таборі особливо-суворого режиму та п"ять років заслання. Визнаний "особливо небезпечним рецидивістом". Кінець терміну ув'язнення – 15 травня 1990 р. На побаченні, відразу після суду, сказав дружині, що такого терміну "не витягне".

Після жорстокого, по суті, смертельного вироку, із горьковського заслання на увесь світ пролунав одинокий, але сильний голос академіка Андрія Сахарова: "Нелюдяність вироку українському поету Василю Стусу – сором радянської репресивної системи. Так життя людини ламається безповоротно – це розплата за елементарну порядність та нонконформізм, за вірність своїм переконанням, своєму "я"...



Вахтанг Кіпіані
Журналіст, історик, головний редактор сайту "Історична Правда"

analitika: (Default)

Павка Корчагин – помесь Шарикова и Швондера

 

На первых же страницах романа покоробила подловатость натуры Павки – он подсыпал махорки в тесто для куличей, которое затеяла перед Пасхой матушка отца Василия – он преподавал в школе Закон Божий. Он, Павка, ещё бы толчёного стекла туда сыпанул, совсем по-революционному было б. За этот геройский поступок Павку погнали из школы. Тогда-то и выработался его мстительный характер, он поклялся: «Никому не прощу своих обид! Не забуду, не прощу!»

Павка  вообще не терпел поповского сословия. Попы у него руководят антисоветскими восстаниями. Отец Василий почему-то оказывается во главе эсэровского комитета, хотя из истории известно, что эсэры были стопроцентные атеисты. Павка, когда победила большевистская революция, выгнал из дома поповскую семью и разметил в нём райком: «В большом зале, где благочестивые хозяева лишь в престольные праздники принимали гостей, теперь всегда людно. Поповский дом стал партийным комитетом». Отомстил. Молодец. Где бедовали батюшка с семьёй – не сообщается.

Не терпит Павка и обыкновенного семейного счастья. Уже после гражданской войны он отдыхает в санатории в Евпатории. Получает письмо от матери, она пишет, что там, в Крыму, живёт её старинная знакомая Альбина Кюцам. Мать спрашивает: не мог бы Павлуша навестить её? И Павка решает провести у этих самых Кюцам недельку. Является к ним. Обычная семья: отец, мать, две дочери – Лиля и Тая, и сын Георгий. Островский пишет: «Семья Кюцам радушно приняла Корчагина». Чем же ответил Павка на радушие? Ему сразу не понравился старик Кюцам – хмурый какой-то. А Лиля просветила гостя: папаша страшный деспот, убивает всякую инициативу и малейшее проявление воли. Какую же инициативу убивает папаша? Какую волю давит? Позже выясняется: запрещает Леле беспорядочные половые связи, что было модно в первые послереволюционные годы. Читаем: «Кюцам сосредоточенно размешивал сахар в стакане и зло поглядывал поверх очков на сидящего перед ним гостя. — Семейные законы теперешние осуждаю, — говорил он. — Захотел — женился, а захотел — разженился. Полная свобода.

Старик поперхнулся и закашлялся. Отдышавшись, показал на Лелю: — Вот со своим хахалем сошлась, не спросясь, и разошлась, не спрашивая. А теперь, извольте радоваться, корми ее и чьего-то ребенка. Безобразие!»

А ведь прав старик Кюцам. Такие семейные законы и я осуждаю. Но Павка, он же человек передового общества, потому у него другие представления о семейной жизни: «Ночью Павел долго думал о семье Кюцам. Случайно занесенный сюда, он невольно становился участником семейной драмы. Он думал над тем, как помочь матери и дочерям выбраться из этой кабалы… Выход был один: расколоть семью — матери и дочерям уйти навсегда от старика. Но это было не так просто. Заниматься этой семейной революцией он был не в состоянии, через несколько дней он должен уехать».

Ничего себе революционер! Побыл в семье, которая его приняла доброжелательно и радушно, два дня, и сразу же определил: надо её расколоть! И вбил первый клин: переспал с Таей. А ведь незадолго до этого, ещё в Киеве, он сурово осудил одного ловеласа, некоего Файло, который похвалялся: «Можешь меня поздравить: я вчера обработал Коротаеву». Реакция Павки была мгновенной: «Корчагин схватил дубовый табурет и одним ударом свалил Файло на землю. В кармане Корчагина не было револьвера, и только это спасло жизнь Файло». Павку потому и отправили в санаторий в Евпаторию, что он сильно переволновался от этого случая, надо нервную систему успокоить. Ну, а когда ему подвернулась безропотная Тая, он тут же её обработал. Окажись там был Файло, он имел полное право повоспитывать Павку дубовым табуретом по голове.

Но что дальше? А дальше Павке надо было уезжать в Харьков, и он покидает Кюцамов, не доведя революцию до конца, что его не красит как борца с косностью и домостроем.

Старику Кюцаму не давали спать, а ему сранья на работу. На тяжёлый труд. И брёл он, несчастный, невыспавшийся. Злым возвращался домой.

А Павка весь день валяется на кровати с «Капиталом», прерываясь иногда на любовные утехи с Таей.

Вскоре Павка решил, что пожар в семье уже достаточно занялся – пора сваливать. И, захватив с собой Таю, поехал в Харьков. При этом честно предупредил любовницу: если что – разбегаемся без всяких обязательств. Тая безропотно соглашается.

Для Павки семья – это вообще что-то подозрительное. Брат Артём женился. Его семейная жизнь произвела на Павку тягостное впечатление: ««Какая нелёгкая затянула сюда Артема? Теперь ему до смерти не выбраться. Будет Стёша рожать каждый год. Закопается, как жук в навозе. Ещё, чего доброго, депо бросит, — размышлял удручённый Павел, шагая по безлюдной улице городка. — А я было думал в политическую жизнь втянуть его».

В рассказе Пантелеймона Романова «Ветка черемухи», написанном в те же 30-е годы, размышления героини: «У нас принято относиться с каким-то молодеческим пренебрежением ко всему красивому, ко всякой опрятности и аккуратности как в одежде, так и в помещении, в котором живёшь. В общежитии у нас везде грязь, сор, беспорядок, смятые постели. На подоконниках - окурки, перегородки из фанеры, на которой мотаются изодранные плакаты, объявления о собраниях. И никто из нас не пытается украсить наше жилище». И об отношениях между студентами: «Все девушки и наши товарищи-мужчины держат себя так, как будто боятся, чтобы их не заподозрили в изяществе и благородстве манер. Говорят нарочито развязным, грубым тоном, с хлопаньем по спине. И слова выбирают наиболее грубые... Любви у нас нет, у нас есть только половые отношения, потому что любовь презрительно относится у нас к области «психологии», а право на существование у нас имеет только одна физиология».

Очень похоже на Павкины отношения к женскому полу. Кстати, он в первые революционные годы сделал попытку втянуть Тоню в комсомольскую работу. «Пригласил её на городское собрание комсомола. Тоня согласилась, но когда она вышла из комнаты, где одевалась, Павел закусил губы. Она была одета очень изящно, изысканно, и он не решался вести ее к своей братве.

Тогда же произошло первое столкновение. На его вопрос, зачем она так оделась, она обиделась: — Я никогда не подлаживаюсь под общий тон; если тебе неудобно со мною идти, то я останусь.

Тогда же в клубе ему было тяжело видеть ее расфранченной среди выцветших гимнастерок и кофточек. Ребята приняли Тоню, как чужую».

Быть одетым красиво – это разновидность преступления. Если в романе возникает персонаж – красиво одетый, то он к нему сразу подозрение: а не скрытый ли это классовый враг? От людей в изящной одежде любой подлости можно ожидать. Для чего девушка одевает изящное, изысканное платье? Да чтобы буржуя подцепить!

Теперь о строительстве узкоколейки. В советское время этот эпизод из романа подавался как высшее проявление героизма. Но что было на самом деле? Летом где-то под Киевом нарубили дров. И забыли про них. Непонятно, почему нельзя было вывезти дрова в тёплое приятное время года? Почему дотянули до момента, когда белые мухи закружились? В романе, правда, назван виновник – председатель железнодорожного профсоюзного комитета. Судя по описанию, это премерзкий тип: во-первых, лысый, во-вторых, «перебирает проворными пальцами кипу бумаг», в-третьих, у него «маленький ротик с обиженной складкой губ», в-четвертых, «вытирает клетчатым платком полированную макушку, а потом долго не может попасть рукой в карман». Ну, ясно же, что контра. Вредитель чистой воды.

Лысому на заседании губисполкома задают вопрос в лоб: «Что вы сделали для доставки дров?» И вот тут внимание! Вредитель и контра даёт ответ: «Я трижды сообщал в правление дороги». Казалось бы, надо разобраться, почему на эти сообщения не было никакой реакции? Вместо этого член губисполкома, слесарь и старый большевик Токарев «кольнул лысого враждебным взглядом: «Вы что же, нас за дураков считаете?»

Если б лысый был смелым человеком, то он должен был ответить: да, считаю вас за дураков! Вас трижды предупреждали, что пора вывозить дрова, а вы, вместо того, чтобы энергично взяться за дело в тёплое время года, погрязли в своих партсобраниях и партучёбе и упустили момент. Но осмелься он на такое – подписал бы себе смертный приговор. Жухрай (это революционный матрос) пишет записку председательствующему: «Я думаю, этого человека надо проверить поглубже: здесь не простое неумение работать. Давай прекратим разговоры с ним, пусть убирается, и приступим к делу».

И вот дураки приступают к делу. Они посылают на прорыв других дураков, в том числе и Павку Корчагина. Жуть, что им пришлось пережить. Вот картинка: «Одиноко среди леса ютилась маленькая станция. От каменной товарной платформы в лес уходила полоса разрыхленной земли. Муравьями облепили ее люди. Противно чавкала под сапогами липкая глина. Люди яростно копались у насыпи. Глухо лязгали ломы, скребли камень лопаты. А дождь сеял, как сквозь мелкое сито, и холодные капли проникали сквозь одежду. Дождь смывал труд людей. Густой кашицей сползала глина с насыпи».

Герои, конечно. Но герои по милости дураков. И терпели страшные лишения опять же по милости дураков. Вот пример: жили несчастные дорогостроители в здании маленькой станции – без окон, без дверей. Холод такой, что по утрам Павка не мог отодрать волосы от пола – примерзали. Правда, непонятно, почему не сообразили разводить на ночь костры – дров-то было у них немеряно. Уже когда заканчивали узкоколейку, Жухрай прислал для жилья четыре спальных вагона. В них были печки, а значит тепло. Да и жизнь в вагоне несравненно комфортнее, нежели на соломе в каменном продуваемом здании. Но непонятно: что мешало Жухраю пригнать эти в вагоны с самого начала строительства? Чтоб не мучился его младший друг. Да потому что дурак он, этот матрос Жухрай.

Дураки отличаются ещё тем, что за их глупости расплачиваются другие. Вернёмся к эпизоду встречи Павки и Тони. Как на узкоколейке оказалась Тоня? Да очень просто: доблестные герои остановили скорый поезд, высадили пассажиров, вручили им лопаты: а ну, буржуазия, работай на благо рабочего класса! Но если дрова не вывезли одни, то причём здесь пассажиры скорого поезда? Почему они должны расхлёбывать дурость партийцев?

А Жухрай, между тем, для Павки учитель жизни. Вот чему он учил своего молодого товарища: – Я, братишка, в детстве тоже был вот вроде тебя. Не знал, куда силенки девать, выпирала из меня наружу непокорная натура. Жил в бедности. Глядишь, бывало, на сытых да наряженных господских сыночков, и ненависть охватывает. Бил я их частенько беспощадно, но ничего из этого не получалось. Биться в одиночку — жизни не перевернуть. У тебя, Павлуша, все есть, чтобы быть хорошим бойцом за рабочее дело, только вот молод очень и понятие о классовой борьбе очень слабое имеешь. Я тебе, братишка, расскажу про настоящую дорогу, потому что знаю: будет из тебя толк. Тихоньких да примазанных не терплю. Теперь на всей земле пожар начался. Восстали рабы и старую жизнь должны пустить на дно. Но для этого нужна братва отважная, не маменькины сынки, а народ крепкой породы, который перед дракой не лезет в щели, как таракан от света, а бьет без пощады. Он с силой ударил кулаком по столу».

Для дураков самая радость – раздуть пожар, а что результат этого геройства братвы остаётся только пожарище это дело десятое. Павка истово следовал заветам Жухрая. Крушил, ломал, убивал. Раздувал пожар. Ведь, если призадуматься: а что полезного Павка сделал за свою жизнь? Закончил три класса школы. Потом работал в буфете – топил печь, мыл посуду. Не подвиг. Это судьба многих мальчиков в те времена. Потом брат Артём устроил его подручным кочегара на электростанцию. Там он и познакомился с Жухраем. Кочегар – это профессия, которая не требует интеллекта. Потом Павка полгода был подручным у электромонтёра, кое-чему обучился у него.

А потом революция! И понеслось! Тут уж Павке не до работы. Как написано в романе: «Носился по родной стране Павел Корчагин на тачанке, на орудийном передке, на серой, с отрубленным ухом лошадке. Возмужал, окреп. Вырастал в страданиях и невзгодах. Успела зажить кожа, растертая в кровь тяжелыми патронными сумками, и не сходил уже твердый рубец мозолей от ремня винтовки».

В одном из жестоких боёв его ранило. Рана была почти смертельной – едва выкарабкался. Врачи (буржуи, кстати, недорезанные) попались хорошие, спасли. Серия сложных операций – и Павка снова в седле.

Война закончилась. Подался Павел в Киев. Нашёл там Жухрая, который в ЧК боролся с внутренней контрой. Тот взял младшего товарища к себе: «Будем с тобой контру душить». Подробности, как душили контру, в книге опущены, но видимо, удушение контры было столь кровавым, что даже железные нервы Корчагина не выдержали – ушёл: «Нервная обстановка в ЧК сказалась на здоровье Павла. Участились контузионные боли. Наконец после двух бессонных ночей, когда пытали контрреволюционную сволочь, он потерял сознание». И обратился к Жухраю с просьбой отпустить его.

Возвращается Павка в Киев. Опять комсомольская работа – а чем ему ещё заниматься? Ведь профессии у него нет, не в кочегары же идти. А на комсомольской работе и знать ничего не надо, шпарь партийные лозунги. Тогда-то Павка и использовал дубовый табурет для того, чтобы в голове комсомольца Файло восторжествовала коммунистическая мораль. Ну, а дальше: санаторий в Евпатории, начало революции в семье Кюцам, попытка стать журналистом, возращение в Крым, чтобы довести революцию в семье Кюцам до конца. Развалил семью, уезжает оттуда, прихватив как приз Таю.

Вот почти и вся судьба. Да, чуть не забыл. Павка был делегатом съезда ВЛКСМ. В книге это описано торжественными словами: «Тяжёлый бархат занавеса медленно раздвинется, секретарь ЦК начнет, волнуясь, теряя на миг самообладание перед несказанной торжественностью минуты: — Шестой съезд Российского Коммунистического Союза Молодежи считаю открытым. Никогда более ярко, более глубоко не чувствовал Корчагин величия и мощи революции, той необъяснимой словами гордости и неповторимой радости, что дала ему жизнь, приведшая его как бойца и строителя сюда, на это победное торжество молодой гвардии большевизма».

Вот такая бестолковая бессмысленная судьба. К главному герою возникает не восхищение, не желание подражать ему, а жалость: как же бездарно он промотал свою короткую жизнь. Недалёкий, необразованный, бескультурный, упёртый, а взялся устанавливать новый порядок – будущее всего человечества. Если же кто не соглашался с ним, с его идеями, того в расход. Впечатление, что это помесь Шарикова со Швондером.

Конечно, нельзя забыть о трагедии: Павка стал инвалидом. Он слепнет, у него отнимаются ноги, а потом его поражает полный паралич. И тогда он принимается писать книгу. Ясно, что прообраз Корчагина – это сам автор романа Николай Островский.

Самые известные слова из «Как закалялась сталь»: «Жизнь даётся один раз, и прожить её надо так, чтобы не было мучительно больно за бесцельно прожитые годы…». Эту мысль автор утянул у Чехова. Сравним: «Жизнь даётся один раз и хочется прожить её бодро, осмысленно, красиво…» – из повести «Записки неизвестного человека».

Ничем сегодня Павка Корчагин не поможет подрастающему поколению.

analitika: (Default)
 Oleg Cheslavsky
20 апреля, 09:30
Согласно моей теории, Батыю не удалось завоевать Европу, потому что он не смог в достаточной мере пополнить ряды своей армии коллаборантами. Русь не дала ему необходимой поддержки, а потому он вынужден был отступить, обосновавшись там, где коллаборанты создали для него лучшие условия для жизни.

Во времена советского союза мы все жили далеко не в дружной семье народов, и я прекрасно помню те обидные ярлыки и прозвища, которые были развешаны вдоль и поперек «нашей» необъятной страны.

Страна советов изначально, незаметно для окружающих, приучала нас ненавидеть друг друга, порицать все индивидуальное, исключительное, национальное.

Видеть некую порочность в желании следовать заветам предков и чтить свою народную культуру.

Выделятся было запрещено!

Я не понимал почему, но нас очень остро настраивали против жителей Западной Украины, которых буквально называли еще тогда фашистскими пособниками - бандеровцами. Фашистами называли также и жителей стран Балтии:: Латвии, Литвы, Эстонии.

Мы как-то даже припоминаю высмеивали, на уроках политинформации, этих жадных и чванливых латышей, у которых, какое я вам доложу ханжество, даже в самое забитое село вели асфальтом уложенные дороги!

Нам тогда это объясняли тем, что они очень уж стремились к западному образу жизни, уж очень они «косили» под тлетворную Европу, в то время как мы с удовольствие плескались в нашем родном кондовом дерьме, тонули в грязи наших родненьких советских дорог!

Понимаете, нам тогда преподносили их стремление не жить как свиньи, их уважение к себе, их требовательность к власти, их напористость, как нечто отвратительное, антисоветское, буржуазное, или хуже того: капиталистическое!

А как мы порицали эту модницу Польшу? Вечно пытающаяся своими явно прозападными модными тенденциями сместить наш вектор культурного развития и отказаться от валенок да ватников?

Как настороженно изучали опыт наших румынских, болгарских, чешских, югославских, венгерских и немецких товарищей, не до конца осознавших всех прелестей жизни, которые им подарила советская оккупация!

Мы должны были впитать с молоком матери, вбить в голову, усвоить со школьной скамьи, что: Требовать от находящейся в состоянии вечно готовящейся войны со всем окружающим миром страны личных благ для себя - это святотатство!

Мы должны были понять, что мы не имеем право сейчас, когда Коммунизм еще недоступен просить наше руководство выполнять свои прямые функции и заботится о нашем быте, о нашем благосостоянии!

Мы должны были, обязаны уже с детства быть готовыми пожертвовать всем ради того, чтобы наша родина росла и ширилась - превращая все захваченные земли в свалки мусора, а порабощенные народы в пассионарных манкуртов, не требовательных ни к чему, родившихся лишь для одного: умереть за родину!

Мы строили какой-то абсолютно извращенный, безумный мир, в котором нашей целью было лишь одно слепое следование указаниям выдаваемым нашим правительством, единственной нашей партией.

Мы привыкли ничего не просить, не требовать, не настаивать и не сопротивляется тотальному беззаконию, вездесущей коррупции и бесконечному произволу власти.

Мы росли тупыми безвольными рабами и мы не претендовали на ту свободу которую так неожиданно получили в 1991 году.

Она была для нас как гром среди ясного неба. Но не для всех. Те страны, которые находились в советской оккупации менее всего - тут же сделали все, чтобы стать частью Евросоюза и НАТО. И как не сопротивлялась Россия они ушли за границу ее интересов, за границу ее контроля, отгородились от популяризируемой ею рабской ментальности.

Украина закабаленная в конце XVII века и руководимая лидерами третьего поколения коммунистической закалки не стала никак смещать вектор своих интересов в сторону Запада, и не на шаг не отошла от своего главного обидчика России, поклявшись ей в верноподданнической вассальной верности…

Я даже хочу заметить, что подписывая тот самый пресловутый Будапештский Меморандум, Украина не представляла себя. Она буквально оставалась колонией России, которая добиваясь определенных преференций Запада обезоружила Украину.

Украинцы, за без малого 400 лет колониального рабства превратилась в безвольного, ментального раба Кремля!

При этом, обратите внимание: Чем более длительный срок территории находились под властью Москвы - тем более податливое, более руссифицированное, и менее требовательное к власти и себе население там проживает!

И наоборот: Чем меньше был срок нахождения территории в «Тюрьме народов» тем более требовательное и уважающее себя и свои интересы население живет там!

Россия - это наверное последняя страна в которой рабский менталитет называют древней сакральной традицией, в которой рабское повиновение называют достоинством человека, а любой протест, любую критику власти связывают со святотатством, с гордыней и так далее…

Украина во многом чистой воды слепок с России. Наше правительство точно также возмущено нашим отвратительным поведением, всячески порицает критику власти, и всех критиков называет не иначе как «агентами Кремля». Хотя каждый из них прекрасно понимает, что враг Украины и агент Кремля - это тот, кто продолжает культивировать технологию рабства, возвышает и пропагандирует культ безмолвного, безвольного и податливого раба!

Еще одно интересное наблюдение:

Главная ценность цивилизованного Западного мира - это права человека, включающее право собственности, на базе которого собственно произрастает ментальность хозяина! Это территория интересов личности, территория свободы мысли и слова, территория права защищенного Законом!

Россия - это типичный представитель Восточного мира, со всеми его ценностями: безропотность, бесправие. Рабская покорность здесь считается достоинством. А масса обязательств и обязанностей, которые государство взваливает на плечи своего гражданина (по сути: раба), не давая никаких прав ему взамен - священным долгом!

Украина находится на стыке этих двух миров, а потому в нашей стране как нигде больше в мире, очень сильно заметны противоречия которые возникают на стыке двух культур.

При этом, обратите внимание, что модель управления страной, модель угнетения масс наше «прозападное» правительство использует Восточного типа! Выстраивая коммуникацию с обществом сверху вниз - что полностью противоречит даже самой идее выбора Западного вектора развития!

Почему был выбран такой интересный путь?

Да потому, что он более выгоден для тех, кто у власти! Он дает возможность банально больше воровать у безропотных, вечно со всем согласных рабов!

И что самое отвратительное - с этим то никто не спорит! Мы всячески поддерживает выбор правительства!

Мы не можем позволить себе такую роскошь как критиковать правительство, быть более требовательными к тем, кто взвалил на свои хрупкие плечи груз отвественности за наше с вами благосостояние!

Мы привычные к батогу и нищете - голодные и босые рабы, с соответствующей ментальностью, которую выбить из нас должна была революция и последующая война, но и она не справилась с этой задачей…

analitika: (Default)
Где бы мы, русские люди, ни жили, в каком бы положении мы ни находились, нас никогда и нигде не покидает скорбь о нашей Родине, о России. Это естественно и неизбежно: эта скорбь не может и не должна нас покидать. Она есть проявление нашей живой любви к Родине и нашей веры в нее" Великий русский философ Иван Ильин (Почему мы верим в Россию). Незаметные деревеньки - смазанное пятно за окнами машин, несущихся по федеральным трассам России. Кто когда заглядывал внутрь этих шкатулок? Кто из Вас интересовался жизнью там? Съезжая с федеральной трассы М2 я попал совсем в другую Россию, Россия того времени. После прочтения данного поста атмосфера грусти и одиночества не покинет Вас еще долгое время. Возможно, Вы сочтете меня неисправным пессимистом, но вкратце можно сказать так: жизнь в России мягко говоря не сахар; здесь плохо везде и везде количество минусов намного превышает количество плюсов... Как известно, "корни любой цивилизации произрастают из деревни". Предлагаю Вам посмотретьRead more... )

analitika: (Default)
Губка Паб Квадратные мозги отвоевался. Если в соответствии с известным высказыванием "революция пожирает своих детей", то Навуходоносороссия пожирает своих отцов. После бегства Дыркина и смерти (к сожалению пока только политической) Еблотова эта мыльная опера просто не могла не получить продолжения. Паша-долбоеб, любитель мундиров, и знаток инопланетных языков получил "на расчет" вслед за остальными мальчиками реконструкторами, так и не догнавшими, что цирк давно сгорел, а клоунам пора на выход. Провал регистрации пашкиной партии на "выборах" стал первым и последним предупреждением бонапарту из хрущевки. К слову в Долбасе, где сейчас своей "партии" или небольшой "республики" не имеет разве только Солдат №3, "провал регистрации" уже сам по себе унизителен для любого образованного контрреволюционера. И весьма показателен. Серьезные (по меркам Северного Сомали) люди даже не намекнули, а прямо указали РНЕшной гниде на выход, однако коверный клоун уровнем интеллекта, уступающий бабушкиному шифоньеру видимо не догнал. Что ж, нет повести печальнее и знакомей, чем повесть об излишней хромосоме. Прощай, братишка. Мы запомним тебя таким - злым и недалеким. упд. Жена Дупарева говорит, что Павел не получил серьезных ранений. Есть версия что киллер целил в голову, но пуля прошла навылет не задев жизненно-важных органов.
analitika: (Default)
Фото русских десантников взятых в плен украинской армией
Обнародованы фото российских десантников, задержанных в Донбассе Запостил фото пленных русских десантников. Морды у них конечно ужасные. Тупо убийцы. Ни капли интеллекта Бедная моя Украина. Кровавый Мордор напал на нас.
Сегодня вблизи населенного пункта Зеркальный Амвросиевского района Донецкой области совместная оперативная группа Вооруженных Сил Украины и СБУ задержала десять военнослужащих 331-го полка 98-й Свирской дивизии Воздушно-десантных войск Вооруженных сил РФ (в \ ч 71211, дислоцируется в Иваново).
Задержанные дали показания о том,  что батальон десантников 23 августа был передислоцирован железнодорожным транспортом в Ростовскую область РФ, а около трех часов ночи 24 августа подразделение было поднято по тревоге и получило приказ осуществить марш в составе колонны из нескольких десятков БМД. Только офицерскому составу было сообщено, что российская техника вторгнется на территорию Украины. 9
Read more... )

http://alexzavodyuk.livejournal.com/243107.html

Profile

analitika: (Default)
analitika

September 2017

S M T W T F S
     12
3 456789
1011121314 1516
17181920212223
24252627282930

Syndicate

RSS Atom

Most Popular Tags

Style Credit

Expand Cut Tags

No cut tags
Page generated Oct. 22nd, 2017 04:21 am
Powered by Dreamwidth Studios